В городе все обсуждают большую покупку душ Чичиковым, одни спорят, выгодно ли переселять крестьян в Херсонскую губернию, не сбегут ли, бродяги и пьяницы, надо построже их наказывать. Другие уверяют, что план у него хороший, ведь «русской человек способен ко всему и привыкает во всякому климату». Все решили, что Чичиков – миллионщик (богач).
Автор рассказывает, что местные чиновники «не без образования», председатель палаты знал фрагменты «Людмилы» поэта Жуковского, почтмейстер читал труды философов. Кто-то, конечно, был «тюрюк» или «байбак» (первого еще можно уговорить что-то делать, второй – совсем лежебока). Словом, люди простые, гостеприимные, и совсем не хотели отпускать такого гостя как Чичиков из города. Дамы были модницы, «благородно» выражались, и чувствовали к Чичикову ту же «бескорыстную подлость», что и мужчины. Это когда ясно, что миллионщик ничего не даст, но все равно приятно перед ним угодничать, попасться ему на глаза.
Однажды какая-то дама прислала ему любовное письмо. Чичиков был заинтригован. Дама обещала, что он увидит ее на балу у губернатора. Поучив приглашение на бал, Чичиков репетирует важный вид и поклоны.
Только он вошел – все окружили «нашего Павла Ивановича». Так же эти чиновники встречают приехавшего начальника, когда уже ясно, что он в хорошем настроении. Чичиков ищет даму, от которой было письмо с любовным признанием.
Автор размышляет о красоте женских глаз, и в какой-то момент извиняется, что употребил не «высокое», а просторечное словечко. Рассуждает о том, что читатели из высшего общества любят говорить на иностранных языках, ведь они «благороднее», а слово с улицы не хотят видеть в книге.
Наконец, Чичиков спохватился, что еще не подходил к хозяйке бала – губернаторше. Рядом с той стоит дочка, та самая очаровательная 16-летняя блондинка, с экипажем которой не так давно столкнулся его экипаж. Конечно, Чичиков не влюблен, но кажется, такие как он, не влюбляются, но все же он засматривается на губернаторскую дочку, «институтку». Он беседует с ней и ее матерью, но девушка скучает. Автор замечает, что какой-нибудь поручик легко бы смог ее развеселить.
